Энциклопедия драгоценных камней и минералов стр.69
Но вот в середине XIX века драгоценный опал вышел из молы! Его перестали носить модницы, спрос на него резко упал. И все из-за романа популярного в то время автора Вальтера Скотта, изданного в Санкт-Петербурге в 1830 году под названием: «Карл Смелый, или Анна Гейерштейнская, дева мрака». (Об этом примере массового внушения рассказал С.Ф. Ахметов.)
Это полуфантастическая история времен позднего средневековья, в которой принимают участие графы и бароны, призраки ц злые духи. А во втором томе появляется и прекрасный «каменный гость»: драгоценный опал, судя по описанию — арлекин. Он отзывался на переживания своей хозяйки, меняя окраску, и был ее талисман, который она всячески предохраняла даже от святой воды (заметим, что эта мера, возможно, не лишена была смысла: увлажненный, а затем высохший опал может покрыться трещинками).
В кульминации романа барон брызнул в лицо жены водой из церковной чаши. Вдруг баронесса побледнела и упала со стоном. «Опал, на который попала одна из капель, сверкнул ярким лучом, подобно падающей звезде, и тотчас лишился своего сияния и цвета, став простым камнем». Чуть позже от него осталась лиш горсть серого пепла, «как бы от сгоревшей бумаги».
По-видимому, эта сцена, производила неизгладимое впечатление на дам, которые в ту пору зачитывались романами Вальтера Скотта. В их сознание врезалась мысль о том, что именно магический опал стал причиной смерти несчастной баронессы. Более того, чувство опасности, якобы исходящей от опала, проникало в глубину подсознания, а потому сохранялось даже несмотря на то, что впоследствии выясняется: баронессу отравили, что и засвидетельствовал опал, ибо «таково свойство этого драгоценного камня в случае приближения к нему яда».
Казалось бы, разумнее всего было читательницам романа скорее приобретать опалы, чтобы по изменению его свойств, угасанию блеска узнавать о приближении отравленного питья или пищи. Но свойство психики людей таково, что убеждение (установка), внедренное в подсознание, нелегко затем преодолеть. Первое впечатление оказалось слишком сильным, и образ благородного опала стал ассоциироваться со смертью благородной баронессы. В результате просвещенные модницы перестали носить и покупать опалы.
Конечно, так поступали не все. Например, английская королева Виктория продолжала любить опалы, так же как многие русские богатые и знатные дамы. Но дамы, лишенные предрассудков, остались в явном меньшинстве, потому что поползли слухи, что опал — опасный камень, что он приносит своему владельцу несчастье, что он является предвестником смерти...
Вот что пишет Г. Смит: «Благодаря процветавшему в прошлом глупому суеверию, которое не изжито еще и поныне, и предвещавшего несчастье тому, кто носит опалы, этот драгоценный камень долгое время вызывал недоверие, которое начало понемногу рассеиваться только тогда, когда в Австралии открыли черный опал. Действительно, восхитительное малиновое сияние, пробегавшее временами по куску черного, как ночь, опала, было одним из тех замечательных явлений, которые мог предложить мир драгоценных камней».