Карл Фаберже и русские ювелиры стр.2

У всех царей были свои хранилища драгоценностей, которые они постоянно пополняли.

В сундуках Ивана Грозного хранились украшения из бирюзы, кораллов, изумрудов, рубинов, жемчуга и сапфиров. Своей второй жене, Марии Темрюковне, Иван

Васильевич преподнес трехкилограммовое золотое блюдо, на котором лежал головной убор замужней женщины — кика, украшенная драгоценными камнями и жемчугом.

В 1552 году, в честь взятия Казани, Иван IV повелел сделать «Шапку царства Казанского». Необычный получился головной убор. Восточный и русский стиль переплелись: на золотой тулье вьется орнамент в русском стиле. Украшена шапка жемчугом, гранатами, бирюзой. Эти камни любили восточные мастера. Фамилии мастеров теперь уж не узнать. Известно только, что много было ювелиров, приглашенных из-за границы.

Славилась средневековая Русь и серебряными украшениями. И хотя в земле русской в то время было мало серебра, это не мешало серебряникам: в переделку шли монеты с Востока и Западной Европы, старые изделия и даже одежда, в ткань которой входила металлическая нить. В начале XVII века английским мастерам-серебряникам пришлось вернуться к себе на родину — местные умельцы справлялись с заказами сами.

Укреплялось государство, все роскошней становились украшения. Но мастера сохраняли традиционные для Руси ясность форм и благородство изделий.

В 1627—1628 годах для русских царей был изготовлен «Большой наряд»: скипетр, держава и венец — символы власти.

Инокиня Марфа, в миру Ксения Ивановна, мать первого царя из династии Романовых, весьма интересовалась ювелирным делом. Бережно хранила она драгоценности, оставшиеся после Смутного времени, пополняя сокровищницу новыми изделиями. Целый штат девушек и женщин вышивали для нее золо том, серебром и жемчугом. Но увидеть эту роскошь можно было только в церкви и на особо важных приемах.

При Петре I в открытые между Россией и Европой ворота въезжали на Русь специалисты из разных областей, в том числе иностранные бриллиант-щики, золотых и серебряных дел мастера.

С 1714 по 1800 годы в Россию прибыли больше полутысячи ювелиров, чтобы поработать во славу российской империи. В одной только Москве трудились 43 мастера золотых дел и 232 мастера по серебру.

Петр Великий, в отличие от многих особ своего окружения, был равнодушен к роскоши в личной жизни: его подданные ели на золотой посуде, а он любил вилки и ножи с деревянными черенками. Но могу щество, слава и величие империи для него были неотделимы от золотого блеска. Нет другого такого «раззолоченного» города, как Петербург. Ни один двор Европы не демонстрировал миру такое обилие национальных украшений, как русский.

Для коронации своей супруги Екатерины Петр заказал корону, украшенную алмазами и крупным жемчугом, с огромным — больше голу-I биного яйца — рубином, венчающим этот символ ¹ власти. Порфира — золототканая мантия императрицы — была осыпана таким количеством золотых двуглавых орлов, что Екатерина склонялась п3д тяжестью своего наряда .

Все сокровища, которые хранились в дворцовых покоях, Петр объявил собственностью не монархов, а государства . Правда, объявление регалий государственными не означало их неприкосновенности. Монархи могли сделать из старинных украшений новые.